Рамиль Харисов в мессенджере MAX — 22 691 подписчиков, аналитика и статистика

Замедление Telegram почти не отразится на объеме распространяемой информации перед выборами в Госдуму в 2026 году. Суммарная аудитория политических каналов составляет 159 млн человек. Заменить эти масштабы сейчас физически невозможно. Главной проблемой станет не снижение охватов, а перераспределение предвыборных бюджетов. Тезис о том, что партии начнут массово переводить трафик и деньги в MAX, пока не однозначен. Даже крупные анонимные сетки, дублирующие контент на новые платформы, не могут собрать там и 10% своей аудитории. Дело не в анонимности. Период, когда каналы росли за счет вирального и уникального контента, прошел. Многие топы Telegram набрали вес не благодаря технологиям, а из-за того, что зашли на пустую площадку первыми. В MAX повторить этот рост нельзя. Независимо от количества скачиваний приложения, идет конкуренция за внимание. Органика не работает, результат дает только платное технологичное привлечение. Перед штабами и АП встает два вопроса: сколько денег выделят на медиа и куда именно они пойдут. Анализ рынка показывает: нативную рекламу продолжают покупать даже в заблокированных соцсетях. За позиции Telegram можно не переживать, если не произойдет полная блокировка. Соответственно, партиям придется просто продолжать размещаться в Telegram, несмотря на все негативные меры властей, либо скупать сетки мелких каналов в MAX, которые пытаются (не все) развивать. Основная проблема для политтехнологов – качество контакта. Важно не количество подписчиков, а их состав. На что будут подписываться чиновники и управленцы? В Telegram каналы росли на инсайдах, сливах и управляемом негативе, что привлекало элиты. В MAX платформа идентифицирует администраторов, поэтому продвигаться через аппаратные сигналы и жесткий негатив уже не получится. Альтернативная площадка пока предлагает лишь полностью контролируемую среду, которая не генерирует то качество трафика, который есть в Telegram. Подписаться на канал📱

Продолжаю наблюдать за танцами вокруг Telegram. Похоже, все движется к гибридному сценарию: официально мессенджер никто не заблокирует, но аудиторию поставят в условия, которые не дадут пользоваться платформой полноценно. Самый неприятный сценарий – невозможность официально покупать рекламу в каналах из-за того, что Telegram могут признать экстремистским. В таком случае останется только нативная реклама, попросту – джинса. Соответственно, бюджеты начнуть уходить в другие медиа, что и добиваются организаторы процессы. Более мягкий вариант – если платформу просто продолжат замедлять, как это происходит с YouTube (официальная деградация которого фиксируется с лета 2024 года). В этом режиме аудитория начнет постепенно угасать из-за невозможности нормально отправлять медиафайлы. Надо заметить, что при этом количество людей, пользующихся VPN, сильно выросло. И даже сейчас на замедленном YouTube можно спокойно запустить проект. Отдельные участники этих танцев – депутаты Госдумы, которые перед сентябрьскими выборами 2026 года решили комментировать вообще все, что видят. Удивительно, как одни и те же депутаты постоянно придумывают хайповые прогнозы или «инсайды», которые не сбываются, но при этом СМИ и другие медиа продолжают их форсить. Зачем они это делают? Выборы. Есть нюанс: в этот раз сильно поменялись критерии кандидатов, поэтому многие комментаторы, скорее всего, пролетят мимо мандата. Тем более что в партиях и АП с такими персонажами начали активно бороться. Интересно понаблюдать за новым созывом, который будет иным – например, в него войдут ветераны СВО. Подписаться на канал📱

Павел Дуров высказался по поводу ограничения работы платформы: «Россия ограничивает доступ к Telegram, пытаясь заставить своих граждан перейти на контролируемое государством приложение, созданное для слежки и политической цензуры. 8 лет назад Иран пытался применить ту же стратегию – и потерпел неудачу». Сегодня Дуров является флагманом борьбы с политической цензурой. Например, 4 февраля он уже писал о новых веяниях в Испании, где хотят ввести запрет на социальные сети для лиц младше 16 лет и обязательную проверку по возрасту, а также ряд других ограничений. Однако последнее сравнение России с Ираном, фактически пережившим в январе попытку госпереворота, говорит не о страхе за судьбу Telegram в России, а об опасениях по поводу устойчивой тенденции большинства стран иметь возможность полностью ограничить доступ в интернет при необходимости (в том же Иране национальные мессенджеры Bale, Rubika и Igap были полностью отключены на время протестов, такая же участь ждет и МАХ в России в случае каких-то инсценированных беспорядков). Поэтому кто в первую очередь проигрывает от ограничения работы мессенджера? – Простые граждане. Те самые, которые сегодня по рублю участвуют в сборах на нужды фронта, привыкшие к оперативности информации. И государство. Вложившее большие средства в каналы губернаторов, официальных ведомств, патриотичных ЛОМов. В связи с этим возникает вопрос: а точно ли Роскомнадзор хочет добиться результата или же он кому-то вставляет палки в колеса? И здесь появляется фактор военкоров и других горизонтальных организаций. С момента блокировки Телеграма мониторинговые каналы пролета БПЛА начали испытывать трудности в оперативности донесения и получения информации, а администратор крупнейшего такого канала в России даже записал видеообращение о вреде блокировки для фронта. Аудитория военкоров и турбо-патриотов – это тот сегмент Телеграма, который не встроился в повестку АП. Этот же сегмент активно подсвечивает неприятные для власти вопросы и не стремится к регистрации в перечне разрешенных страниц и получении официальных отметок. Кстати, тут же Дуров пошел навстречу РКН и создал эти самые отметки, так значит вопрос не в обратной связи, а в чем-то другом. Это другое – это успешный ход переговорного процесса и некие договоренности, которые приближают развязку российско-украинского конфликта. Будем наблюдать. Подписаться на канал📱

На этой неделе два депутата КПРФ отметились скандальными инициативами. Останина с ее инициативой запретить «Сектор Газа» уже стала мемом: извинилась она быстро, но в памяти остались первые слова. Арефьев пошел еще дальше – предложил временно отключать гражданам интернет, «чтобы сохранить здоровье и нервы». Для цифровой страны такие заявления звучат как откровенное непонимание реалий, а для молодых избирателей – как прямая угроза. Реакция КПРФ была оперативной – они подчеркнули, что Арефьев лишь один из 57 депутатов. По сути, партия сама заказала себе рекламу в защиту, пытаясь показать, что понимает проблему неконтролируемых заявлений. Но это полумера – осадок все равно остается. Более того, такими выходками коммунисты подрывают не только собственный имидж, но и создают головную боль для кураторов из Администрации президента. КПРФ нужна власти как управляемая оппозиция, а не как источник токсичных инфоповодов. Перед выборами 2026 года лучше не провоцировать раздражение в АП – это прямой риск потерять поддержку. Если Зюганов и его окружение не наведут порядок в рядах, партия рискует войти в кампанию 2026 года с имиджем усталой и несогласованной структуры и с холодным отношением со стороны власти. Подписаться на канал📱